При применении доктрины «альтер эго» для исполнения судебного или арбитражного решения происходит «обратное прокалывание корпоративной вуали». Если в классическом корпоративном праве к ответственности привлекают бенефициара за долги компании, то здесь, наоборот, подконтрольное лицо отвечает по долгам собственника (государства). Это требует от истцов исключительных доказательств того, что госкомпания действует лишь как структурное подразделение государства, а не как самостоятельный субъект.

«Доктрину ответственности «альтер эго» нельзя применять лишь на основании формальной принадлежности компании государству или отдельных признаков смешения активов и управления. При этом бремя доказывания обстоятельств, опровергающих презумпцию независимости компании, лежит на заявителе» — комментирует партнер ККМП Станислав Добшевич.

Несмотря на высокие стандарты доказывания, этот порог вполне реально преодолеть.

«Ключевой фактор успеха — это способность взыскателя в соответствии с требованиями конкретной юрисдикции убедительно продемонстрировать тесную связь между компанией и государством», — добавляет Станислав.

Так произошло в некоторых разбирательствах между российскими и украинскими предприятиями, которые начались после 2022 года. В июле 2022-го Верховный суд Украины разрешил арестовать пакет акций украинского «Проминвестбанка», который принадлежал корпорации развития «ВЭБ.РФ» (дело № 910/4210/20).

К подобному выводу суд в Нидерландах пришел и в деле другого украинского предприятия — «Автодоркомплект» (№ 200.359.385/01). Эта компания пыталась арестовать активы «Газпром Интернэшнл» и других иностранных дочерних компаний группы «Газпром», которые до 2025 года принадлежали «Газпром нефти» («Западная Азия», нидерландские Gazprom Neft Badra и Gazprom Neft Middle East). Истец заявлял, что якобы из-за них «Автодоркомплект» лишился проекта по добыче гранита в Донецкой области.

В Нидерландах госкомпании признают «альтер эго» государства, но это не приводит к исполнению решения из-за действия иммунитетов. Эта практика показывает еще и обратную сторону этого инструмента: доктрина «альтер эго» может препятствовать исполнению решений арбитражей, так как если компании признаны «альтер эго», то на их имущество, как на государственное, будет распространяться иммунитет, разъясняет Станислав Добшевич.

С полной версией статьи можно ознакомиться по ссылке.